Записи королевы Марии III или возрождение Каледонии - AAR Empire TW

Пан Маркciст-мiцголiстъ написал ААР (After Action Report) "Записи королевы Марии III или возрождение Каледонии"
Данный ААР написан в рамках Второго Конкурса ААРов
по играм серии Total War, который проходит на нашем форуме.

Предисловие


Здравствуйте, сыны Шотландии. Если вы читаете эти записи, то, вероятно, Шотландия находится в беде. Поэтому я, королева Шотландии Мария III, оставила эти записи для вас, прямо перед смертью. Возможно, пример освобождения мной Шотландии и даже отмщения англичанам могут в чём-то вам помочь…

Итак, перейдём к делу. Идёт 1783 год от рождества христова. Сегодня, похоже, судьбоносный день для всей Каледонии. В мою временную резиденцию в Ивернессе ворвался запыхавшийся гонец. Увидев меня, он радостно воскликнул:

-Моя королева, Англичане наконец-то подписали декларацию о нашей независимости!

От радости я чуть не упала в обморок. Всю жизнь я посветила независимости древнего Шотландского народа! И вот, дождалась… Не поверив сразу гонцу, я в нетерпении вырвала, почти силой, у него декларацию. Всё верно: Англия подтвердила независимость нашего народа. Там стоят подписи английского короля и всех 5 министров!

Гонец также промямлил сквозь губы:

-Тут ещё мирный договор лежит…

Но тут я перестала радоваться. Не все мои планы были претворены в жизнь:

-Разорвать. Прямо перед носом у английского дипломата!

-Но…

-Этот приказ не обсуждается. К тому же, англичане отказались принять независимость Ирландии… Да, и ещё: передайте этот приказ дипломату. В нём приказывается заключение союза со враждебными Англии Испанией и Францией

Гонец не стал спорить. Возможно потому, что теперь я – полноправная королева. Мне было что обдумать. Казалось, чего ещё надо: независимость уже получена, история борьбы окончена… Но на самом деле, всё только начиналось.

Итак, что я должна сделать? Во первых, подавить недовольных англичан-переселенцев. Во-вторых, обеспечить стабильный заработок посредством заключения торговых договоров. В третьих, освободить Ирландию от английского владычества. Можно также заключить союз с Испанией и Францией, которые находятся в состоянии войны с Англичанами. Сейчас большинство английских войск находится вдали от метрополии, поэтому сейчас самый лучший момент для атаки на основную часть Англии, и, погрозив уничтожением, вынудить у них мирный договор на самых унизительных для них условиях.

Глава первая. Первые годы независимости.

Через некоторое время я переехала в Эдинбург, столицу Шотландии. Экономическая ситуация в целом была хороша: доходность от местных ферм была довольно высокой. Настолько высокой, что можно было без риска для кошелька снизить до минимума налоги с низшего сословия.

Франция и Испания согласились на союз. В последствии они отвлекали основные силы англичан, действуя в Америке.

Кабинет министров был весьма заурядный… но и должной оппозиции не было. Поэтому большинство проблем я решала сама. В начале мне надо было набрать хорошую армию для успешного ведения войны с Англией. Для этого я подозвала министра армии, весьма опытного военачальника. Он вошёл во дворец и, отвесив поклон почти до земли (не слишком ли церемониально, подумала я тогда?), спросил:

-Моя королева, чем обязан вашему вниманию?

-Мне нужна армия, да немедленно. Найми один линейный полк с сопровождающей батареей. Пока этого хватит.

-Моя королева, не маловато ли?

-Пока хватит. К тому же я не говорила, что собираюсь начать завоевательный поход. Потом обучим больше, чтобы двинуться на Ирландию.

В то время англичане пытались вернуть себе наши земли. Вяло, но пытались. Как раз когда в Эдинбурге завершилось обучение линейного полка под сопровождением артиллерии, англичане подозвали к нам свой полк. Но так, как наши стрелки сопровождались артиллерийской батареей, победа была достигнута, и ни единой капли шотландской крови не было пролито.

Время шло. Армия разрослась до 6 линейных полков под сопровождением 2 артиллерийских батарей и батальона ивернесских гренадёр. Самое время для атаки на Ирландию!

Однако сгущались тёмные времена…

Я приказала коменданту Эдинбурга нанять там 4 драгунских эскадронов, для поддержания порядка. Однако, когда моя армия, шедшая в священный для нас поход для освобождения Ирландии, был уже почти на месте, враг развил наступление, сопровождавшееся 2 неполными армиями.

Тогда драгунский ротмистр решился на подвиг.

Только узнав о наступлении англичан от своих разведчиков, он храбро повёл своих бравых драгун в атаку. Располагая малыми силами, он не ставил своей целью разгром англичан, нет! Он лишь желал дать англичанам бой, прорвавшись потом в английские территории, угрожая не только местным факториям – но и Лондону. Англичанам пришлось отвлечься на драгун, оставив амбициозные планы по нашему усмирению. А, поняв, что внезапностиь наступления утеряна, они, похоже, струсили: решили не наступать в открытую и отступили вглубь Англии.

Тем временем была взята беззащитная Ирландия. Не всем нравилось освобождение от Англии… Многие сорвиголовы, набравшись наглых идей «Британской Короны», даже подняли восстание против нас. Но, естественно, получили только пули в их наглые лбы. Больше никто не осмеливался восставать против Шотландии.

Итак, к концу 1785 года ситуация была такой, какой она была мне нужна. Ирландия, наконец, освобождена. Подданные меня славили. Война с Англией велась в нашу пользу, да и армия была достаточна для полной кульминации войны.

Глава вторая. Великая месть древней Каледонии

Англичане, похоже, струсили. Забоявшись нашей нарастающей армии, они собрали к северу от Лондона свои силы, как докладывала наша разведка. Наши стратеги были в недоумении: в такой ситуации прорваться к Лондону будет очень нелегко…

Идея пришла мне внезапно. В очередной раз задумавшись о государственных делах, я невольно взглянула на карту Британских Островов. И тут меня осенило…

-Быстро ко мне министра флота и армии в придачу! Дело государственной важности.

Они мухой прилетели ко мне во дворец. Флотский даже мундир свой одел шиворот-навыворот…

Не дожидаясь церемониальных приветствий, я объяснила им причину беспокойства:

-Кажется, я нашла главную лазейку в Лондон. Англичане загородили Лондон с севера, но юг-то остаётся свободен…

-Но с юга же море! – ответил армейский.

-А вы как думаете, почему я позвала также и флотского?

-А – догадался флотский – так вы думаете высадить наши войска с моря?

-Именно! Итак, получайте приказы. Господин министр армии – пополните наши полки. Господин министр флота – прикажите построить на верфи Белфаста фрегат 5 ранга.

-Зачем именно фрегат?

-Чтобы армия не утопла в Ла-Манше, если на неё нападёт крупная группа шлюбов либо бригов. Итак, выполняйте!

Моя задумка отлично пошла в жизнь. Противник смог среагировать только после высадки – когда до Лондона оставались считанные мили, подослав на фрегат, успешно доставивший шотландские войска, свой бриг. В результате этот бриг оказался в одной с тем фрегатом эскадре, что было обеспечено абордажем после нескольких книппельных выстрелов, в буквальном смысле снёсших мачту. Во всяком случае, так передавал капитан того фрегата…

А на суше тем временем прошло судьбоносное сражение, закрепившее окончательное поражение Англии, сделав его неизбежным. Передаю рапорт генерала, командующего шотландскими войсками на той битве (взяв из рапорта только основное):

«…Итак, бой произошёл в городе Бургенвилле, совсем недалеко от Лондона. В начале наши войска построились в ломаную линию с укреплённым правым флангом, ибо он был наиболее свободен для атаки противника: там располагалось чистое поле. На левом фланге расположилась моя кавалерия: оттуда тоже можно было ожидать нападения. Один линейный отряд был послан в близлежащее здание. Сначала враг не особо планировал боевые действия, но наша артиллерия пошла на военную хитрость для выманивания врага: начала артобстрел прямо за их спины. Естественно, что после этого у них не осталось иного выбора, как начать прорыв. Итак, нам удалось выманить значительные силы противника на наш фронт. Но эта атака захлебнулась: противник был скошен нашей картечью ещё до тгого, как подошли на оптимальное расстояние выстрела. Некоторые отряды всё таки дошли, но были смяты шквальным мушкетным огнём.

Однако вражеская конная артиллерия, ведущая огонь с высоты, с правого фланга, практически недостижимая для наших 12-фунтовых орудию, обстреливала нас почти безнаказанным огнём. Пехота, конечно, получила бы от наступления только картечью в лоб, но тут на помощь пришла кавалерия: под звуки волынок храбро атаковав и быстро смяв силы сопровождения вражеской артиллерии, состоящие из отряда британских стрелков и гренадёрского отряда, потрёпанного прошлыми битвами, они быстро добрались до орудий, не дав им опомниться. Так день был наш, и потери были незначительны.»

После этого наша армия могло окончательно отбить Лондон. Но перед этим я послала дипломата с просьбой о мире и торговом соглашении взамен всего лишь двух регионов в Америке: Акадии и Ньюфауленда. Но наглые англичане ответили отказом… что же, мы потом так же ответили им на их просьбы о пощаде. Правда, они пытались восставать, но все их восстания жестоко подавлялись.

Итак, моя власть становилась всё шире, в моём королевстве было всё больше подданных. Это одновременно и радовало, и подавляло. Радовало тем, что величие моего народа всё увеличивалось. А подавляло, огорчало… С расширением власти жизнь монарха становится всё труднее. Легче всего живётся монархам самых маленьких государств. Но даже тем трудно. Труднее, чем даже самым бедным крестьянам. Ведь крестьянин должен заботиться о себе, да о семье своей, а монарх – о целом государстве. Ведь ежели монарх не будет внимательно заботиться о государстве да о делах государственных, долго он на троне не просидит… И именно потому мудрейшие монархи никогда не хотели быть таковыми. И мне не хотелось. До того, как мой любимый муж, король в изгнании Малькольм III, был убит англичанами, я и не думала, что буду основной правительницей… Что же, хоть за убийство своего короля отомстила.

Глава третья. »Новая Шотландия»

Пожалуй, самым ярким напоминанием о падшей Англии были оставшиеся бесхозными города-государства в Америке. Разумеется, я не стала ими брезговать. Это был отличный шанс расширить свои территории + сравняться с другими державами Европы, заведя свои колонии.

Итак, дождавшись найма весьма солидной армии в Эдинбурге и брига в Белфасте, я приказала отправить ту армию в Ньюфауленд. Та армия без особого труда взяла Ньюфауленд и Акадию (всё равно должны же были они войти в состав Шотландской Империи!), а затем и Монтанье.

Перед нашим взором стоял ныне независимый Квебек. Сначала я не желала его захвата… Много раз я посылала дипломата с требованием протектората в обмен на бессрочное право прохода, несметные деньги… Но – безуспешно. Затем они ещё и осмелились объявить нам войну! За что поплатились.

В Квебек из Монтанье была переброшена посланная в Америку армия, высадившаяся у Лазюр-Плаж. Самоуверенная армия Квебека откликнулась на призыв и между армиями завязался бой, определивший исход квебекской войны. Генерал, руководивший действиями нашей армии, отмечает, что основную роль в разгроме сыграла артиллерия. Заняв выгодную позицию на холме и приблизившись на расстояние выстрела картечи, она просто смяла противников… Правда, из-за решительных действий квебекских гренадер наша армия потеряла одну батарею и полк линейных солдат, сопровождающих ту батарею. Но дело завершила другая батарея, быстро смявшая тех гренадер и довершившая основной разгром при поддержке генеральских конников. Далее шотландская армия просто и беспрепятственно взяла ослабший Квебек.

После успешной войны с Квебеком был взят Монреаль, земли Гуронов, земли Руперта…Гуроны восставали, и одно восстание было успешным – однако та самая армия покорения Америки подавила это восстание, и, восстановив порядок, взяла отдалённые земли Северо-запада Америки. Таким образом, вся Канада стала принадлежать нам. По моему указу она была даже переименована – она стала называться «Новой Шотландией»

Глава четвёртая. Ост-индская война.

Наши доходы были крайне малы. Армия всё увеличивалась, налоги и торговля с державами Европы не могли достаточно ощутимо закрывать расходы на величие Шотландской Армии. Надо было чем-то увеличить свои доходы. Выбор пал на расширение торговли Шотландии за пределы сферы влияния европейских держав, то есть за счёт торговых факторий на Мадагаскаре и Ост-Индии. Для этого я созвала своего казначея и министра флота.

Казначей очень отличался от флотского министра, важного ветерана моря. Казначей был молодым выпускником факультета экономики в Кембридже. Он был весьма простым, но умным и проницательным ирландцем, в нём не было ни капли излишней церемониальности… Но это никак не сказывалось на его экономическом таланте.

Итак, собрав их во дворце, я произнесла:

-Наши доходы всё падают, поэтому я предлагаю завести торговую факторию на Мадагаскаре и в Ост-Индии. Как вам такая инициатива?

-Это будет весьма проблематично – произнёс министр флота. Даже Крымское Ханство заняло свою территорию на Мадагаскаре…

-Вот именно! Почему недоразвитые крымчане имеют свою факторию, а великая Шотландия – нет?

-Но, моя королева, мест почти не осталось…

-Вроде как на Острове Мадагаскар, на западе самого острова, есть фактория. Поэтому я вас прошу, министр флота, нанять судно «Индиец» и пару фрегатов сопровождения в Ньюфауленде и Акадии.

-Но, моя королева – внезапно вставил экономист – Мадагаскар далековато от нас будет. Не факт, что доходы будут приходить в целости и сохранности.

-И каковы же ваши предложения, господин министр?

-Я предлагаю заключить торговое соглашение с Маратха. Они фактически монополизировали торговлю в тех местах.

-Мудрое решение, так и поступим. Также надо на всякий случай послать один торговый корабль в Ост-индию под сопровождением нескольких бригов и одного фрегата. Вдруг освободится торговля в какой-нибудь фактории? А может и война быть причиной…

-Почему вам так важна Ост-Индия?

-Наиболее ценный товар, пряности, можно достать только там, понимаете?

-Ах да…- ответил экономист и пошёл выполнять поручения. За ним пошёл и генерал-адмирал.

Тем временем Голландия напала на союзную нам Францию. Мы откликнулись на призыв о помощи, так как это был прекрасный шанс перехватить торговую гегемонию Голландии в Ост-Индии. Соответственно, между нами развернулась морская война, получившая название Ост-Индской, так как велась именно в Ост-Индии.

Когда наш флот прибыл в Ост-Индию, слева и справа от него возникли две торговые фактории Голландии: на Яве и Суматре. Суматра была защищена флейтами и фрегатами, чего не скажешь о фактории Явы, в основном состоящей из «Индийцев». Разгромив торговый флот Голландии у Явы, Шотландия ненадолго получила контроль над этой факторией. Однако тот флот, итак весьма ослабший, осказался разбит вышеупомянутым флотом с Суматры.

Тогда наш боевой флот, состоящий из 4 линкоров 3 ранга, вместе с новеньким «Индийцем» прибыл в Ост-Индию, чтобы навести небольшой визит тому флоту…Итак, около Явы опять завязался бой – уже третий, и всё там же. Нашим линкорам таки удалось вырвать победу, хотя флагман и сгинул вместе с адмиралом… Но, ценой флагманского судна, мы добились окончательной победы над Голландией в Ост-Индском регионе и утвердили свои фактории на Яве и Мадагаскаре.

Но торговый авторитет Голландии подорван не был. Голландцы ещё получали значительный доход из Африки, Бразилии, Гайаны, с Цейлона. Всё это захватывать – зачем? Генерал-губернатор выдвинул на этот счёт интересную мысль: все торговые пути от колоний в метрополию сходятся в одном порту: Роттердам. Поэтому можно было просто захватить этот порт, что и было сделано.

Высадившись во Фландрии, принадлежавшей союзной Франции, предоставившей нам право прохода, наши войска за несколько месяцев добрались до Роттердама. Голландцам определённо не нравилась блокада столь важного порта, поэтому из Амстердама была выведена их армия, похоже, уже битая французами. Я даже примерно пересказать описание этого боя не могу, поэтому мне опять приходится обращать ваше внимание на доклад генерала:

«…Впервые на голландцев наткнулись драгуны во время патруля окрестностей села Мельнитц, увидев авангард врага на горизонте. Тут же заиграло с десяток волынок, оповещающих об атаке. Но противник был ещё достаточно далеко: мы успели не только добраться до села, но и построить фортификации и выстроить свои войска. Драгун расположили в селе, на левом фланге. По флангам основного фронта расположились линейные полки. В центре – гренадёры. Между гренадёрами и линейными солдатами – артиллерия.

Как раз когда мы закончили свои приготовления, явились голландцы. Отряды действительно битые: у каждого полка было не более 1/3 своего состава. Не радовало только присутствие соотечественников в рядах противника…

А напротив драгун был весьма уязвимый фланг: один отряд фрисландских драгун и вражеская конная артиллерия были открыты для драгун. Недолго думая, они атаковали, смяв фрисландцев числом и артиллеристов в рукопашной схватке.

Тогда драгунам открылся тыл врага. И, конечно, они этим не побрезговали, начав атаку. Часть противника отвлеклась на них, часть побежала сломя голову на пехоту. Драгунам быстро удалось смять отвлёкшуюся на них часть и переключиться на оставшихся голландцев, заключив их, вместе с пехотой, в огневую коробку.

Звуки выстрелов мушкетов и карабинов, свист картечи, крики умирающих, стоны раненых – за этими звуками не было слышно даже наших волынок. В конце концов, противник был повергнут. Лишь один полк не бежал ещё с поля боя: Шотландцы. Мы послали парламентёра с обещанием пощады и службы своей Родине, но они лишь подстрелили парламентёра. За что и полегли…»

После этого Голландия окончательно смирилась с падением своего торгового могущества.

Эпилог

Маменьке совсем плохо, а туберкулёз подтвердился. Она попросила меня, будущую королеву Анну II, дописать этот дневник. Воистину, она очень много сделала для своей Родины. До неё Шотландия была объединена с Англией (что значит, порабощена ею). После неё Шотландия стала одной из передовых держав. Мне она оставила мощную метрополию, Мадагаскар, Яву, Новую Шотландию… Только господу известно, что будет при моём правлении и что мне придётся будет сделать. Одно мне известно: я буду продолжать прославлять свой народ, как моя мать.

Недостаточно прав для комментирования